Admin Control Panel 

 Новый постСообщенияНастройкиДизайнHTMLКомментарииAdSenseСтатистикаВыход 
Drop Down MenusCSS Drop Down MenuPure CSS Dropdown Menu

воскресенье, 25 июня 2017 г.

Лисенко К.И. О возможности водворения содового производства на юге России (Горный журнал 1874 № 5 май)


Доклад профессора Петербургского горного института Конона Ивановича Лисенко о возможности устройства содового производства на юге России, сырьевой базой которого послужат минеральные богатства Донецкого бассейна.

Существование всякой технической промышленности находится в прямой зависимости от первоначальных материалов, т.е. предмета обработки, различных условий и самого способа обработки, и наконец условий сбыта. Техническое общество, имея целью содействовать развитию технической промышленности во всех ее видах, конечно должно относиться с равным вниманием, как к вопросам чисто техническим, т.е. касающимся способа обработки
различных предметов, так и ко всем остальным факторам, от которых зависит преуспевание той или другой отрасли промышленности. Руководясь этим убеждением, я решился изложить перед собранием его членов мой личный взгляд на те условия, которые до сих пор препятствовали развитию в России содового производства, при чем коснусь технической
стороны самого производства, на сколько это окажется нужным для уяснения предмета. Техническое общество конечно не усомнится в огромном значении для России рассматриваемого мною вопроса. Если ограничиться только конечными результатами этого производства, то значение его для России можно определить по количеству ввозимых к нам содовых препаратов.—
Так, на основании официальных данных, в 1871 г. в Россию ввезено:

Соды кальцинированной 599,734 пуд. на сумму 989,563 р.
» кристаллической  38,489 » » » 44,262 »
Едкаго натра . . . . 260,000 » » » 781,392 »

Следовательно, ограничиваясь только этими данными, можно было бы определить значение, которое будет иметь содовое производство в России, уменьшением ввоза из заграницы на сумму приблизительно до 2 мил. рублей. Конечно, как ни важен был бы сам по себе подобный результат, но он далеко не выражает всей пользы, которую принесло бы России производство этого количества содовых препаратов. В прекрасно составленном отчете о международных выставках Московской и Венской, вышедшем в начале этого года, г. Крупский прекрасно охарактеризовал значение содового производства в ряду других отраслей технической промышленности. Так он говорит на стр. 1: «при добывании «соды химические процессы слагаются так, что рядом с содой получается «весь комплект основных химических продуктов. Эти продукты первостепенной важности, получаемые на содовых заводах, служат затем повсюду и «на других фабриках исходным материалом для получения всевозможных «содовых препаратов. Добывание на содовых фабриках целого ряда химических материалов одновременно с содой вызывается по необходимости «самою сущностью содового процесса, который, начинаясь с производства «серной кислоты, служащей для разложения поваренной соли, дает затем «соляную кислоту, сернокислый натр, белильную известь, едкий натр и «т. п.» Поэтому, чтобы определить точнее все значение, которое бы имело для русской промышленности производство выше показанного количества содовых препаратов, посмотрим, что нужно употребить и произвести, чтобы получить их. Для облегчения расчета обратим их в однородный продукт и положим, что все количество содовых препаратов, ввозимых в Россию, эквивалентно 800,000 пудам кальцинированной соды. Согласно данным, приведенным г. Коппом, обыкновенно принимают, что для выделки 100 частей кальцинированной соды требуется 150 ч. сульфата натрия; что 100 ч. поваренной соли дают maximum 114 ч. сульфата, при чем требуется равное им количество серной кислоты в 60° и кроме того получится около 300 ч. соляной кислоты. Для получения же 100 ч. серной кислоты в 60°, при выходах трех пудов из пуда серы, потребуется 34 ч. серы или соответственное им количество колчедана. Таким образом производство 800,000 пудов кальцинированной соды потребует:

Приготовления .... 1200 тыс. пуд. сульфата
                       »  .... 1050 » » серной кислоты в 60°
Переработку......... 1050 » » поваренной соли
                                 350 » » серы или соответственное количество колчедана.

Кроме того, побочными продуктами этого производства будут: соляная кислота, в количестве приблизительно около 3000 т. пуд., которая частью должна быть непременно переработана в другие продукты, и наконец содовые остатки, из которых, благодаря новейшим усовершенствованиям, значительная часть серы, в них заключающаяся, может быть извлечена.

Кроме того производство 800 т. пуд. кальцинированной соды потребует от 4 до 5 мил. пудов каменного угля и значительно оживит производство гончарных и глиняных изделий, от степени дешевизны и качества выделки которых оно существенно зависит. Наконец, для дополнения этой картины, я считаю необходимым прибавить, что: 1) многие промежуточные продукты производства соды имеют огромное применение помимо его; таково напр. производство стекла на натровом сульфате; 2) что развитие содового производства несомненно увеличит потребление натровых препаратов и поведет к столь желаемой, во многих случаях, замене ими поташных препаратов и 3) что я не вижу причины, почему сода, продукт, ввозимый до сих пор в Россию, не может сделаться со временем, наоборот, предметом вывоза, по крайней мере для некоторых южных портов. Вследствие этого, нет сомнения, что приведенные выше цифры далеко пе выражают того предела, до которого может достичь производство соды в России, и вероятно при благоприятных условиях оно превзойдет их в несколько раз.

Я не стану утверждать, чтобы значение содового производства ускользало до сих поръ от внимания наших техников. Сколько мне помнится, производство эго было предметом нескольких сообщений в техническом обществе. Но не подлежит сомнению, что наши техники хотели основать все отрасли промышленности, связанные с содовым производством на началах, отличных от тех, которые существуют в западной Европе. В самом деле, вся Европейская химическая промышленность выросла на способе Леблана, он вошел, так сказать, в ее плоть и кровь. Способ этот неразлучно связан с производством основных материалов для всех остальных химических производств; он дает дешевую серную кислоту, почти ничего не стающую соляную кислоту, сульфат натрия, хлорную известь, вещество, которое, благодаря его антисептическим свойствам, всякое государство должно стараться производить за дешевую цену и в большом количестве и т.п.

Поэтому, хотя обилие побочных продуктов в способе Леблана и составляет часто большое затруднение для химических фабрик, которые затрудняются их сбытом, тем не менее продукты эти суть вещества, совершенно необходимые, без потребления которых в известном количестве— техническая промышленность существовать не может.— Поэтому, если, как говорят, в настоящее время усовершенствование так называемого аммиачного процесса, дает ему возможность конкурировать с способом Леблана, то не подлежит сомнению, что конкуренция эта, при всех самых благоприятных условиях, только несколько сократит применение способа Леблана в тех местностях, где накопление побочных продуктов производства соды того потребует. Спрашивается,—имеются ли эти условия в России? Конечно,нет; между тем, посмотрим, куда были направлены усилия наших содовых фабрикантов.

Г-н Крупский в отчете своем говорит, что в России существует 3 содовых фабрики: одна, принадлежащая г-ну Прангу, основанная в 1864 г. в Барнауле, выделывает из самородной глауберовой соли (гуджира) до 18,000 пуд. соды. Другая, основ. в1860 г. в Варшаве, перерабатывает в соду Гренландский криолит. Третья — очень близко знакомая техническому обществу — фабрика Лихачева в Лаишеве, близь Чистополя, Казанской губ. Хотя Барнаульская фабрика и работает способом Леблана, но отдаленность ее местоположения и та особенность, что она обрабатывает сырой материал, встречающийся только в некоторых местностях, позволяет нам исключить ее из нашего рассмотрения. Фабрика эта во всяком случае может иметь значение только для Сибири, но не для всей России.

[...]

Я сказал вначале, что преуспевание всякой технической промышленности зависит прежде всего от сырого материала, т.е. предмета обработки. Условия этой зависимости состоят в том, что производство должно быть обеспеченно предметом обработки, и притом по возможно низкой цене. От этого условия, в большинстве случаев, почти исключительно и зависит выбор местности для того или другого производства. Рассмотрим эти условия по отношению к содовому производству в России. Сырыми материалами в производстве соды служат: при работе по способу Леблана, кроме соли, колчедан или сера, каменный уголь, известняк; при аммиачном процессе,— кроме соли, горючий материал, сернокислый аммиак, известь и т. п.
Из всех этих веществ, только соль, горючий материал и известь расходуются в количестве, пропорциональном размеру производства, так как сера и аммиак могут быть снова большею частью регенерированы. Известь, по ее повсеместной распространенности, может быть исключена вовсе из рассмотрения, и потому остановимся сначала на соли и на горючем материале.

В России добывают соль каменную, самосадочную и выварочную. Производительность первой исчисляют слишком в 3 мил. пуд. на всех четырех, разрабатываемых в настоящее время месторождениях (Илецком, Чапчачи, Кульпинском и Нахичеванском). — Эта производительность их, сравнительно с богатством месторождений, ничтожна. Как ни важны сами по себе эти месторождения соли, мне кажется, они получат должное значение только с введением их в сеть железных дорог, так как сухопутный способ доставки полагает предел развитию их производительности. По этому, не придавая в настоящую минуту значения этим месторождениям по отношению к содовому производству, я тем не менее не могу не остановиться на мнении, которое мне случалось слышать от наших техников, будто каменная соль менее пригодна для производства соды, чем соль выварочная. По крайней мере, мне объясняли этим обстоятельством ту поспешность, с которой приступили к устройству варниц на вновь открытых месторождениях соли Харьковской и Екатеринославской губ. Для разъяснения этого вопроса, я приведу здесь из Jahresbericht’a Вагнера сведения о развитии потребления каменной соли в Германии, из которого видно, что в 10 летие с 1860 по 1869 производительность соли в Германии возросла вдвое — с 6 мил. на 12 мил. цент.; но в 1860 г. отношение между каменною солью и выварочною было, приблизительно, как 17 к 83, а в 1869 г. оно сделалось как 54 к 46, следовательно потребление каменной соли возросло почти в 6 раз, а выварочной почти неизменилось. Увеличение же потребления каменной соли произошло вследствие большего расхода при фабричных производствах (содовое) и в сельском хозяйстве. Я не спорю, что каменная соль не так охотно употребляется в пищу человеком, но для содового производства, в измолотом виде она несомненно представляет материал нисколько не худший, чем соль выварочная, но притом более выгодный, так как средняя стоимость каменной соли в Германии 4 зилъб. гр. 6 пф. за центн. или 5 к. с. за пуд (или 12 фр. за тонну), средняя же цена выварочной соли 131/4 зильб. гр. за центнер, или 15 к. с. за пуд (36 фр. за тонну).

Переходя затем к соли с самосадочных озер, мы заметим, что наибольшею производительностью, судя по последним отчетам горного ведомства, отличаются озера Крымские (более 6 милл.), Астраханские (более 4 милл.), Куяльницкий лиман (700 тыс. пуд) и Эльтонское (370 тыс. пуд.). В виду дешевизны самосадочной соли в урожайные годы, отрицать их значение для будущего содового производства в России нельзя, тем более, что некоторые из этих озер могут быть весьма легко введены в сеть железных дорог. Первое место между ними конечно занимают Крымские озера, как по своей производительности, так и по близости к севастопольской железной дороге. При цене соли Крымских озер на месте до 3 коп. сер., если будет устроена ветвь от этих озер на Лозово-Севастопольскую дорогу, соль эта будет в состоянии конкурировать с выварочною солью Харьковской и Екатеринославской губерний, даже в пределах этих губерний.

Что касается выварочной соли, то, как известно, монополия этого производства принадлежит Пермским промыслам, на которые напр. в 1871 г. из 11½ милл. всей вываренной соли в России, приходится 10½ милл. По отдаленности их положения от юга России, я не буду говорить о значении их относительно рассматриваемого нами предмета. Но из числа остальных солеваренных заводов, есть одни, на которые я считаю необходимым обратить особенное внимание технического общества, по тому значению, которое они несомненно приобретут в весьма близком будущем.

Славянские соляные озера известны с весьма давнего времени; о них уже упоминается в древнейшем географическом о России сочинении «Книге большому чертежу». Выварка соли в Харьковской губернии началась еще в прошлом столетии. Так, в царствование Анны Иоанновны, она производилась под руководством Юнкера, иностранца специально знакомого с галургией. Несмотря на слишком вековой промежуток, производительность Славянских варниц ничтожна и производство это в теперешнем его состоянии не заслуживало бы внимания. Так, по сведениям мною полученным, в Славянске действовали в 1873 г. 9 варниц, пользовавшихся рассолом в 6° из неглубоких колодцев, а именно не более 7 арш.; рассол этот сгущается на весьма плохо устроенных градирнях до 18° и затем уваривается на мелкую соль в чрезвычайно несовершенных чренах. В 1873 году выварено соли, как мне сообщено, до 250 т. пуд., при чем затрачено до 300 т. пудов угля из Лисичанских и Рубежанских копей, ценою но 12 коп. сер. Причину столь ничтожной производительности Славянских варниц должно искать главнейше в незначительном количестве и относительно небольшом содержании тамошних рассолов.

Лет 20 тому назад, заслуженный профессор Харьковского университета, Борисяк,— в просвещенной деятельности которого юг России имеет наиболее верного и красноречивого защитника своих интересов,— основываясь на общем геогностическом обзоре юго-восточной части Харьковской губернии, пришел к тому выводу, что в недрах Славянской почвы должны находиться залежи каменной соли. Мнение это было выражено им в его «Очерке геогностического строения и минеральных богатств Харьковской губернии», напечатанном в Харьк. Губерн. Ведом. в 1858 и в Горном Журнале, и затем неоднократно, с настойчивостью, характеризующею этого полезного местного деятеля, повторяемо во множестве других статей и заметок. Из газетных сведений мы видим, что того же мнения держались и другие ученые, как то: Альбрехт, Гильмен и Гуров, но полный свод научных мнений, подтверждающих это мнение профессора Борисяка, был представлен адъюнктом горного института, A.П. Карпинским (*Горный Журнал 1870 г.). Г. Карпинский был командирован нашим главным горным управлением, по просьбе Харьковского губернатора, генерала Дурново, специально для разрешения вопроса о возможности нахождения каменной соли. Г. Карпинский в своём отчёте указывает на то, что разрешение каких бы то ни было геогностических вопросов в Харьковской губернии, значительно затрудняется не только огромным развитием наносов, но и скудостью и часто совершенным отсутствием окаменелостей, а также тождеством петрографического состава пород, образования разновременного. Сравнив между собою условия проявления соленосных вод в различных местностях Харьковской и Екатеринославской губерний, автор пришел к тому выводу, что соль Славянских озер и рассолов берет свое начало в Пермской почве; затем он полагает, что присутствие в ней каменной соли весьма вероятно, но вопрос о степени благонадежности месторождений может быть разрешен только при помощи буровой скважины. Па необходимости заложения в этом месте буровой скважины настаивал еще ранее профессор Борисяк, и мнение это, несмотря на полное сочувствие к нему многих иностранных ученых и инженеров, долгое время не получало практического значения. Только в 70-х годах, благодаря все более и более развивающемуся в обществе доверию к богатствам, кроющимся в недрах Донецкого бассейна, были заложены в Славянске и Бахмуте буровые скважины, которые обе встретили каменную соль. В виду такого успешного результата, я не могу не высказать мнения, что если оба эти полезные предприятия были начаты благодаря просвещенной деятельности профессора Борисяка, то тем не менее нельзя отрицать, что и горное ведомство, командированием г. Карпинского, и г. Карпинский своим отчетом, — весьма много содействовали к их осуществлению. Скважина в Бахмуте была заложена в 1871 г. фирмой Скараманги, Ангелиды и комп. Встретив там на глубине 48 саж. каменную соль, а равно и насыщенный рассол, предприниматели выстроили соляную варницу таких размеров и столь роскошную, что вероятно подобной ей не найдется во всей России. Здание ее кирпичное, цоколь высокий из тесанного песчаника; в ней имеется семь чренов в 1200 кв. фут. поверхности нагрева. Одна сторона этой варницы примыкает к линии железной дороги, проектированной от Константиновской станции в Лисичанск. Определить размер производительности этой варницы вперед—довольно трудно, так как выходы соли будут зависеть, помимо крепости рассола, от способа уваривания и наконец от степени совершенства устройства варницы. В Шенебеке из 24° рассола получают при варке на крупную соль, в год, на каждый квадр. метр поверхности—380 пуд., а при варке на мелкую соль—1300 пуд. Принимая среднюю производительность, то есть 850 пуд. соли на 1 квадр. метр поверхности, будем иметь, что устроенная в Бахмуте варница может давать до 800 тыс. пудов соли ежегодно. Сколько я помню, производительность этой варницы рассчитывается в 1,000,000 пудов. Считаю необходимым пополнить эти свѣдѣнія, приведя имена г. Кондратьева, инженера, производившего с таким успехом разведки на соль в Бахмуте, и г. Данфера, французского инженера, строившего эту варницу. В Славянске скважина заложена в 1872 г. князем С. Кочубеем и доктором Сенжаревским. Скважина эта прошла слишком 1 саж. по наносу, 5 саж. по водоносному песку с конгломератами и 18 саж. слишком по разноцветным глинам Пермской почвы. На этой глубине 25 саж., бур вошел в ангидрит, который с перемежающимися слоями гипса, доломита, селенита и прослойками соленосных глин, продолжался на 27 саж. 15 верш. Затем бур вошел в каменную соль, которой в настоящее время там найдены 2 пласта, из коих один толщиною в 3 саж. 4 верш, с прослойками глины, общая толщина которых 15 верш. Затем бур прошел 4 арш. по не соленосной глине и врезался во второй пласт соли; толщина которого, без прослойков, 2½ саж. Далее бур уперся в черную породу, образцы которой мне к сожалению еще не доставлены, и бурение прекращено, как решившее вопрос о присутствии каменной соли. Если обратить внимание, что в Славянске и Бахмуте, в двух буровых скважинах, отстоящих друг от друга в 35 или 40 верстах по прямому направлению, встречены залежи каменной соли почти на одинаковой глубине и при тождественных условиях напластования почвы, то нельзя не признать, что вновь открытые месторождения каменной соли весьма значительны. Но с другой стороны нельзя и не пожалеть, что обе буровые скважины не выяснили вопроса о толщине соляной залежи с достаточною точностью. Хотя толщина в 4—5 саж. сама по себе почтенна, но в виду таких фактов, какие нам представляют Стасфурт, Шперенберг, Чапчачи, где как напр. в Шперенберге, бур, пройдя 4000 фут по соли, не открыл, конца месторождению, конечно можно ожидать толщины и большей. Кроме того я не могу не выразить моего удивления к поспешности, с которою обе компании приступили к устройству варниц, не убедившись предварительно в возможности разрабатывать соль каменную. Если обратить внимание на то, что в Пруссии, при самом совершенном способе работы, цена выварочной соли втрое превышает ценность соли каменной (а именно 5 и 15 коп.), то в этой поспешности нельзя не видеть, как мне кажется, некоторого промаха. В виду однако ж того, что и в Славянске и Бахмуте остановились на производстве выварочной соли, а не каменной, я постараюсь вычислить вероятную стоимость ее в этих местностях. Обыкновенно принимают, что при насыщенном рассоле, можно получить на пуд угля от 1¾ пуда (Англии) до 2 1/8 пуд. соли. Причем низшую норму и ту цену, по которой продавался в Славянске каменный уголь из Лисичанска в прошлом году, т.е. 12 коп. за пуд; выварка соли обойдется 12: 1,75 — т.е. 6,8 к. Допустив, как это существует во многих заграничных солеварнях, что стоимость угля составляет половину всех расходов по выварке соли, которая в Пруссии колеблется между 2½ и 3½ фр. за 100 кило. или на пуд от 10 до 15 коп., а за исключением горючего — от 5 до 7½ к. на пуд соли. Принимая высшую цифру получим, что в Славянске и Бахмуте соль выварочная будет обходиться около 14½ коп. за пуд. Цена эта, как видно, почти не отличается от средней стоимости выварочной соли в Германии, но все таки, в видах более прочного развития производства соды, желательно, чтобы она была еще дешевле. Для решения вопроса о пригодности к употреблению Славянской соли в естественном виде, был сделан анализ верхней части нижнего пласта, и при этом получено:

Воды и летучих веществ ......... 0,28%
Нерастворимого остатка ......... 0,61%
Магнезии .................................. следы
Гипса ........................................ 1,75%
Хлористого натрия .................. 97,15%
Всего ........................................ 99,67%


Весьма вероятно, что количество гипса еще более уменьшится в ниже лежащем слое, и что вообще славянская соль по чистоте немного уступит каменной соли из других месторождений.

Но в настоящую минуту довольно трудно рассуждать про стоимость соли и вообще про сбыт Славянской соли. Если окажется возможным добывать ее, как соль каменную, то она будет обходиться не дороже нескольких копеек и не только не будет бояться конкуренции соли Крымских озер; но вероятно значительно сократит район потребления последней.

Второй по важности материал для производства соды — есть топливо. Важность его при работе по способу Леблана, определяется тем, что для выделки пуда кальцинированной соды расходуется не менее 4-х пудов каменного угля. Расход топлива при работе аммиачным процессом также весьма значителен, судя по счетам, приложенным в отчете г-на Крупского. Но мы не станем рассчитывать какому количеству угля эквивалентно приведенное в этих счетах количество дров, так как весьма вероятно, что эти величины изменяться при более благоприятном ходе производства и их нельзя считать нормальными. Но при обсуждении вопроса, какое топливо — ископаемое или растительное — наиболее благоприятно для питания производства соды, мне кажется, вопрос должен быть разрешен безусловно в пользу первого. [...] Поэтому, смотря на содовое производство в России, как на весьма важную для государства отрасль промышленности, мы позволим себе утверждать, что на древесном материале оно никогда не получит должного развития. Переходя затем к русским каменноугольным бассейнам, нельзя сомневаться, что Донецкий, преимущественно пред другими, представляет все данные для развития в окрестностях его обширной содовой промышленности. Но конечно округ этот в современном его положении не вполне подготовлен для этого, и именно по отсутствию необходимых железно-дорожных путей сообщения. Постройка двух магистральных линий дала нашей каменноугольной промышленности сильный толчок; производительность донецкого бассейна возросла до 20 слишком миллионов пудов, но дальнейшее движение ее вперед приостановилось и вероятно в ближайшем будущем она уменьшится. Те рудники, которые находятся вблизи или на самой линии железной дороги (напр. Грушевка) конечно не потеряют ничего от того забвения, которому подвергся в последнее время Донецкий бассейн, но все остальные положительно обречены этим самым на почти полное бездействие. Практикуемая в настоящее время перевозка па волах на расстояниях в 50 и 80 верст и притом в огромных размерах служит причиной, почему уголь, стоящий на месте от 5 до 6 коп., продается в Славянске, на линии железной дороги, от 12 к. сер., а в Харькове — до 20 к. с. Если бы проектированные уже несколько лет тому назад линии от Зверева, Лисичанска и Голубовки к различным пунктам Харьково-Таганрогской дороги, были построены, то каменный уголь в окрестностях Славянска обходился бы, при той же стоимости добычи, почти вдвое дешевле теперешней его цены. Нельзя однако ж не признать, что цена в 8—9 к. за пуд все-таки очень высока, сравнительно с той, по которой каменный уголь обходится содовым заводам Англии. Но каменноугольные месторождения Донецкого бассейна представляют все данные к тому, чтобы эксплуатация их обходилась дешево, и если она обходится в настоящее время сравнительно дорого, то это происходит от различных мастных условий, которые в будущем наверное изменятся к лучшему.

Третий материал при работе аммиачным процессом суть аммиачные соли, а при способе Леблана — сера или колчедан. В счетах, приложенных к книге Г-на Крупского, расход сернокислого аммиака показан приблизительно в 1/10 от количества выделанной соды. Расход этот конечно весьма велик, но даже если он сократится, благодаря тем усовершенствованиям, которые, как пишут, сделаны в этом способе, все таки следует, при учреждении содового производства, иметь в виду, что в настоящее время повсеместно главным источником аммиачных солей является каменный уголь. По этому выгоднее учреждать содовое производство с аммиачным процессом по близости каменноугольных бассейнов, где с развитием перегонки каменного угля, аммиачные соли конечно будут обходиться дешевле, чем в местах отдаленных. Конечно, в настоящую минуту, аммиачные соли на юге России обойдутся вероятно немногим дешевле, чем в Казанской губ., но в будущем перевес несомненно останется за первою местностью.

Переходя за тем к колчедану или сере, столь важному материалу содового производства при работе по способу Леблана, необходимо признать, что до сих пор не найдено в Донецком бассейне ни самородной серы, ни достаточно благонадежных месторождений колчедана или других сернистых металлов. Правда, во многих местностях Донецкого бассейна известно нахождение сернистых свинцовых и медных руда, но о значении их, по неимению данных, говорить теперь нельзя. По этому, естественно, введение способа Леблана на юге России сопряжено с употреблением привозной серы. Обстоятельство это, неудобное само по себе, не заключает в сущности ничего особенного. Было время, когда в Европе вся серная кислота, необходимая при производстве соды, готовилась из Сицилийской серы и в настоящее время она употребляется некоторыми иностранными заводами. Близость Донецкого бассейна к портам Азовского моря, обеспечивает дешевизну ее доставки водяным путем. Притом те усовершенствования, которые введены в последнее десятилетие в обработке содовых остатков, значительно сокращают расход серы и дают возможность получать ее большею частью обратно. Притом до сих пор в России почти половина, всей серной кислоты получается из комковой серы и нет основания полагать, чтобы производство это у нас на юге России было невозможно в экономическом отношении, тогда как оно оказывается вполне возможным во многих местах Европы. Оставляя в стороне; другие материалы, необходимые при содовом производстве, как напр, известь, мы видимо, что для развития его в значительных размерах, наиболее благоприятные условия по крайней мере по отношению к главным материалам, подлежащим обработке, находятся на юге России, в окрестностях Славянска, Бахмута и вообще в районе Донецкого бассейна. Мнение это, высказанное мною, ровно 6 лет тому назад на 224 стр. т. II моего руководства, не обратило на себя должного внимания. В настоящее же время, когда попытки водворить производство соды в других местах России и на началах отличных от тех, которыми содовое производство развивалось в Европе, привели к результатам неудачным, и когда вновь сделанные открытия громадных месторождений соли, почти в самом Донецком бассейне, делают развитие там содового производства вполне возможным — я полагаю что мнение мое будет принято Техническим Обществом.

Комментариев нет:

Отправить комментарий